Эйлин О'Коннор (eilin_o_connor) wrote,
Эйлин О'Коннор
eilin_o_connor

Category:

про сегодня

Это, кажется, первый случай, когда я в этом журнале повторяю свой собственный текст.
Но для меня это важно.

Несколько лет назад я выступала на сентябрьской Книжной Ярмарке. Формат там почти всегда один и тот же. На разговоры с аудиторией дается минут сорок: выходишь на сцену, берешь микрофон и начинаешь беседовать - сначала с ведущим, а потом подключается и аудитория.
Сначала все было как обычно. Я вышла, взяла микрофон. Ответила на первый вопрос ведущего. Перевела взгляд на присутствующих.

На стульях перед сценой сидели пожилые женщины и смотрели на меня без выражения. Немолодые люди часто приходят на встречи, это меня не удивило. Удивило то, что их очень много, и то, как они смотрели.

Это были взгляды, начисто лишенные интереса.

Мы продолжали общаться с ведущим. Разглядывая женщин, я заметила, что больше всего среди них старух - натуральных старух лет семидесяти с лишним, морщинистых, со скрюченными губами. Эти, пожалуй, смотрели недружелюбно.

И все они молчали.

Ведущий предложил задавать вопросы автору - раз, и другой, и третий. В ответ - молчание. В конце концов он сдался.

Теперь говорила я одна. Рассказывала о книгах, о том, как начала писать, о разных хороших детективах, которые мне нравятся...

Старухи молча и зло смотрели сквозь меня.

Десять минут выступления. Пятнадцать. Двадцать.

[читать дальше]

Я пыталась обращаться к ним, пробовала разговорить. Спрашивала, кто какие книги читал. Никакого результата. Пустые глаза и отсутствие малейшей реакции. Даже у зомби я имела бы больший успех.

Впервые в жизни я попала в ситуацию ПОЛНОГО отсутствия контакта с аудиторией. Слова вязли в воздухе, пропадали, лишенные отклика. В меня как будто воткнули гигантский шприц и вытягивали всю энергию. В тысячу раз проще было бы разговаривать с пустотой - но беда в том, что пустоты никто не предлагал.

Любой из тех, кто выступал хоть раз перед аудиторией больше десяти человек, хорошо меня поймет.

На тридцатой минуте выступления я ощутила, что меня не существует. Эти страшные седые женщины с одинаковыми лицами идолов хотели, чтобы меня не было - я чувствовала это совершенно отчетливо - и их невысказанное пожелание дошло до меня.

Надо сказать, зачастую автор - не самый восприимчивый в мире человек (вопреки всеобщему убеждению). Автору вполне хватает тех впечатлений, которые он активно продуцирует для себя изнутри, и если добавить к ним острую реакцию на события снаружи, то автор очень скоро придет в неисправное состояние. Чтобы этого не случилось, внутри у него стоят предохранители. Поэтому если я говорю вам, что сидя перед полусотней старух, протыкавших меня взглядами, как мясо шампурами, почувствовала себя мертвой - значит, дело было действительно плохо.

Когда закончились сорок минут выступления, я поблагодарила всех и ушла.

За стендами стояла знакомая девочка-менеджер и смотрела на меня сочувственно.

Смотрела!
На меня!
Плевать как именно - она смотрела на меня как на живого человека.

Маша, сказала я очень ровно и тихо, что здесь только что произошло? Что я сделала не так?

Понимаете, Елена, виновато сказала она, у нас случилась небольшая накладка. После вас должен выступать известный вологодский целитель-уринотерапевт. Лечит у женщин артриты, болезни позвоночника, опухоли, давление - абсолютно все с помощью мочи. Время его выступления по ошибке везде анонсировали на час раньше вашего. Эти тетеньки - его поклонницы, они тут с обеда сидят- ждут, нормальных читателей не пускают - видите, все места заняли. Даже скандалы устраивали, потому что мочу нужно пить по часам, а они пропустили прием.

У меня не было сил, чтобы рассмеяться. К тому же я представила, как несчастные старухи с артритами, позвоночниками, опухолями, давлением ждут в огромном душном зале своего пророка, а выводят к ним меня. И как люто они ненавидят меня все эти сорок минут - как ненавидели бы любого, не пришедшего к ним с благой вестью про урину исцеляющую.

Когда я вышла из-за стендов, на сцену забирался какой-то мужичок. Старухи вдруг вскинулись, замахали руками, зашумели, засмеялись - «наконец-то, наконец-то!», «Алексей Семеныч!», «мы так ждали!» - и из зомби превратились в обычных бедных и больных женщин.

Так что у всех все закончилось хорошо, кроме меня, потому что я после той встречи попала в психушку в объятия лора с обострением тонзиллита.


Так вот, к чему я это все.

Возможно, есть авторы, которые не делают разницы между толпой старух, отпаивающихся уриной, и собственными читателями. Даже наверняка есть. Без сомнения, существуют столпы такого масштаба, с высоты которых все читатели, и с уриной и без, представляются равномелкими букашками, поэтому не имеет значения, кто там мельтешит перед тобой и о чем блеет. Им, этим столпам, безразлично, на каком непонимаемой быть встречным.

Однако масса авторов, включая меня, слеплена из другого теста.

Нет, на встрече с писателем перед теми, кто пришел, вовсе не стоит великая задача понять автора, или услышать автора, или дать автору обратную связь, и чтоб обязательно все было по правде. Не надо вот этой истеричной сакрализации, братцы. Писатели так успешно поддерживают культ себя, что добавлять к их стараниям собственные усилия - это лишнее.
К тому же все равно ведь не оценят.

Это тот редкий случай, когда я вопреки собственным убеждениям говорю вам: будьте проще.
Захотели посмотреть на гения, который пишет крутые книжки - взяли да пришли. Захотели позырить на чувака, который пишет редкий отстой - тоже взяли и пришли. Захотелось спросить умное - спросите. Втемяшилось спросить глупое - да все равно спросите, господи ты боже мой. Рефлексировать полезно только в одном случае - перед тем, как метнуть в автора что-нибудь дурнопахнущее. Вот тут действительно стоит остановиться и задать вопрос: тварь я дрожащая или право имею?

А во всех остальных - пожалуйста. Даже если вы хотите уточнить, в какой глубине души зарождается искра творчества и откуда автор черпает сюжеты.

А каждому человеку, который сегодня смотрел на меня живыми человеческими глазами, улыбался, задавал вопросы, а потом подходил взять автограф, или просто сказать спасибо, или вообще рукой помахать - Алексею с его чудесной семьей, и Кате с вареньем, и прекрасной компании мини-прозовцев, и Елене с Наташей - так вот, всем вам, друзья мои, я хочу сказать свое искреннее авторское спасибо.

Потому что именно благодаря вам я в этот раз была живая и веселая, а не дохлая и с тонзиллитом.

Искренне ваш,
Автор
Tags: бесценные френды, наши в городе, хорошее
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • * * *

    А Карл Маркс и Фридрих Энгельс это не муж и жена, а четыре совершенно разных человека. Выяснила, что писатель Буало-Нарсержак – это вовсе не…

  • 1 апреля

    Ужасно люблю проводить свой день рождения в работе. В середине марта уехала в деревню, чтобы там заканчивать книгу, и после трехдневной метели целая…

  • * * *

    Один из нелюбимых моих художников – Николай Богданов-Бельский. Я терпеть не могу и его крестьянских детей с одухотворенными чистенькими лицами,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 99 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Recent Posts from This Journal

  • * * *

    А Карл Маркс и Фридрих Энгельс это не муж и жена, а четыре совершенно разных человека. Выяснила, что писатель Буало-Нарсержак – это вовсе не…

  • 1 апреля

    Ужасно люблю проводить свой день рождения в работе. В середине марта уехала в деревню, чтобы там заканчивать книгу, и после трехдневной метели целая…

  • * * *

    Один из нелюбимых моих художников – Николай Богданов-Бельский. Я терпеть не могу и его крестьянских детей с одухотворенными чистенькими лицами,…