August 25th, 2015

Лето

* * *

Приснилось, что я участвую во всемирном конкурсе хокку. Стою в центре колоссального белого колизея, его невозможно охватить взглядом, от меня разбегаются вверх и ввысь ряды зрителей-слушателей, все в белых не то хитонах, не то чем-то похожем, я не вижу лиц, они сливаются друг с другом - здесь многотысячная толпа. Подо мной начинает подниматься вверх платформа - сейчас моя очередь выступать.

Меня возносит на середину этого громадного театра. Воцаряется полная, абсолютная тишина.
У меня нет ни микрофонов, ни других усилителей - ничего. Я просто стою в центре небольшого прямоугольника, мои одежды так же белы и обезличены, как и у прочих.

Я начинаю читать свое стихотворение, и в этот момент у меня включается понимание.

Я знаю, какой смысл улавливает каждый слушатель в моей строке. Я как будто слышу их мысли, как если бы кто-то в моей голове произносил подстрочник к каждому слову. Я читаю ровно, спокойно, и мой голос накрывает этот огромный зал.

"Прорастил лето", - произношу я.

И - подтекстом - понимаю, что из этих двух слов всем сразу ясно, о ком идет речь. Я повествую о себе самом, о волшебнике, одном из тех, что умеют выращивать лето с осенью, ветер с дождем и моря с озерами. В этом нет ничего особенного, у меня вполне обыденная профессия, хотя и уважаемая. Я способен вырастить лес и двинуть рощу деревьев на север, я поднимаю из морских глубин горы и веду облака туда, куда мне нужно.

"но чтобы не выше грибов"

Это означает, что лето получилось недолгое и невыразительное, в нем не было ничего интересного и запоминающегося, оно совсем низенькое. Я-волшебник сделал это потому, что мне было твердо известно: если родившееся лето получится огромным, я умру. Это будет мое последнее волшебство. Я не хочу умирать, поэтому выращиваю лето без ярких радостей, без долгих купаний, без влюбленностей, без жары и страшных гроз, без рыбалок, с которых приносят тяжеленных сомов, без бега босиком по пыли, без особых воспоминаний для тех, кто проживет со мной это лето.

"к утру глянь - равняется с дубом"

Когда я проснулся и взглянул на дело своих рук, то увидел, что мое намерение не сбылось. Лето выросло не просто огромным, а таким, каким оно почти никогда не выпадает - летом полного счастья. Яблоки зрели, сливы светились, дети запомнят этот год как самый счастливый год детства, взрослые будут улыбаться по-другому, когда станут рассматривать фотографии этого пророщенного мною лета. Я знаю - и каждый из тысяч слушателей в этом зале знает, что я сделал нечто удивительное, небывалое. Но теперь меня ждет смерть.

"я синее с синим надену".

Густо-синий цвет в моей традиции - это цвет такого глубокого торжества, которое может выпасть человеку лишь раз в жизни. Светло-синий - цвет скорби и прощания. Моя последняя строка говорит каждому, что я с поднятой головой принимаю смерть, потому что совершил прекрасное волшебство, и я отпускаю дело рук своих и ухожу сам. Я подвожу итог, радуясь собственной смерти, потому что лишь такой ценой у меня смогло получиться величайшее дело моей жизни.

Хокку окончено, я замолкаю. Проходит не больше двух секунд - и зал взрывается таким криком, что меня едва не сносит с моей платформы. На гигантском экране над моей головой вспыхивают иероглифы, и я понимаю, что только что стал победителем. Я сочинил стихотворение невероятной красоты и мощи.


Проснулась настолько ошеломленная, что даже про айфон забыла, какой айфон, боже мой, когда я победила, победила!