May 23rd, 2020

монализа

* * *

Раз за разом, гуляя днём с собакой, я прохожу мимо скамейки, где сидят подъездные тетушки. Скорее, не тетушки, а бабушки или даже бабки: хриплые голоса, толстые сутулые спины, короткие седые волосы, у кого-то голова покрыта платком с люрексовой нитью. Их обычно четверо или пятеро и при них крутится дряхлая болонка, а иногда кошка без половины хвоста, живущая на первом этаже.

Прежде я всегда подходила к ним сзади, обходя дом в одном и том же направлении, но вчера мы изменили маршрут. Тетушки сидели на прежнем месте. Я, как обычно, поздоровалась, и вдруг поняла, что одна из сидящих – это вовсе не бабка. И вообще не женщина. Это мальчик лет тринадцати или четырнадцати, толстый, сутулый, одутловатый, с отросшими жидкими волосами того серовато-мышиного цвета, который бывает у старух. Стало ясно, что я все время видела на скамейке именно его, просто не опознавала со спины как мальчишку. Должно быть, он внук одной из них или племянник.

Странное времяпрепровождение для мальчишки такого возраста.

Представьте, как он сидит там с ними, слушает разговоры, пережевывает и обсасывает по кругу одно и то же, как косточку, вставляет замечания или молча запоминает – и так день за днем, день за днем. Отличный жутковатый персонаж.

И кошка эта ещё. Нельзя исключать, что он ей половину хвоста и оттяпал.