Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

монализа

* * *

Прочитала на форуме любителей котов: "веслоухие котята". Не могу теперь отделаться от этого образа. Живите и вы с ним.
Из других хороших новостей: Литрес наконец-то открыл продажи "Миссис Норидж":

https://www.litres.ru/elena-mihalkova/vash-hod-missis-noridzh/

Почему-то в серии "Новый настоящий детектив", вместе с "Иволгой" и другими последними книгами. Я даже не знала, что их объединили в серию.
монализа

Обложка

Покажу, как мы придумывали обложку для "Миссис Норидж".
Надо сказать, что здесь мы с художницей Катей Белявской могли повеселиться. Белявскую вообще хлебом не корми, дай нарисовать какого-нибудь дохлого сверчка. Но для этой серии существует что-то вроде негласного запрета на изображение черепов на обложке, или, например, трупиков птичек (хотя что может быть привлекательнее для читателя, чем трупик дятла!), или, допустим, какого-нибудь фрагмента тела, давно существующего отдельно от самого тела... Предполагается, что часть читателей подобные изображения оттолкнут.
Однако "миссис Норидж" и так нарушала серию. Мы решили, что и нам позволено расширить рамки.

Поскольку один из рассказов, который дал название и всему сборнику, называется "Ваш ход, миссис Норидж", концепция была ясна сразу. Мы с Катей Белявской хотели нарисовать скелет. Скелет романтичен; скелет интригует; скелет притягателен, особенно если он не уныло лежит под вязом, а занимается осмысленной деятельностью. Он, разумеется, будет играть в шахматы... но с кем? У нас же квазианглийский детектив! Значит, должен быть садовник.

Итак, скелет сыграет партию с садовником, мужчиной среднего возраста, ещё не старым, славным малым. Ещё мы знали, что нам непременно нужны розы, много роз.

Так появился первый эскиз. Пока – только эскиз, потому что на этом этапе нужно понять, будем ли мы в принципе использовать эту идею или предстоит искать что-то другое.

[славный малый]садовник и скелет 1

Однако, посмотрев на картинку внимательно, мы решили, что это немножечко "Лужков: начало". К чёрту садовника! Тем более, бьющего баклуши в рабочее время, а рабочее время у садовника – пока светло.

Скелет олицетворяет смерть, значит, пусть ему противостоит юность.

Вместо садовника в кепи возникла девушка, а розы разрослись в два раза пышнее (потому что садовник наконец-то занялся делом).

[дева и розы]девушка и скелет2

Девушка хороша, сказали мы себе. Но какого чёрта она в обществе постороннего скелета на улице сидит без шляпки? Нонсенс!

Появилась шляпка. Роскошная, надо сказать. Мы сразу понимали, что гувернантка такую шляпу носить не может, но решили устроить ей праздник.

[шляпка]
девушка и скелет 3


Однако скелет выглядел, как ни странно это звучит, несколько голым. Ему требовалось обрамление, и мы сначала попытались изобразить туман. Когда я пишу "мы попытались", это означает, что изображала Белявская, а я руководила.

[условный туман]
скелет-4


И когда туман сам по себе нам не понравился, прибавили к нему таинственное мерцание. Заодно изменили ткань в жакете юной гувернантки, чтобы шляпа сочеталась с костюмом.

[замена]
скелет5


Ни с мерцанием, ни без него туман не смотрелся. Радужными пони отдавал этот туман, а вовсе не серьёзными намерениями скелета. Пусть будет особняк, решили мы. Где им и играть на свежем воздухе, как не возле особняка, в саду.

[особняк]
скелет6


И на этом можно было бы остановиться. Но тут меня охватили сомнения. Мы уже не называли нашу девушку иначе как гувернанткой. Но позвольте! Зачем нам условные гувернантки, служащие в неизвестных семействах? А миссис Норидж, определённо, выглядела не так. Даже в юности.

"Нам нужна гувернантка в летах".

Мы решили переделывать фигуру женщины, приближая её к той миссис Норидж, которая выведена в книге.
Здесь возникла  сложность: художнице потребовался референс, то есть образец. Портрет, на который она будет ориентироваться.

Я задумалась. На кого из актрис или других известных женщин похожа Эмма? Это должна быть немолодая женщина, но не старуха. Не красавица, боже упаси. С лицом умным, запоминающимся, волевым. Очевидно, очень добрая к детям и способная быть совершенно безжалостной к взрослым. Женщина, о которой сразу можно сказать, что перед нами человек с принципами ).

Когда я всё это сформулировала для себя, на поиски правильного лица у меня ушло около двадцати секунд.

[результат поисков]актриса для скелета

Нет, это не сама миссис Норидж. Но это образ, от которого можно отталкиваться.

Теперь на обложке появилась гувернантка, очень похожая на настоящую, а не та юная леди, что была вначале. Шляпку мы ей вручили куда более скромную и подобающую ее положению. Но расставаться с первой роскошной шляпой было ужасно жаль. Так что скелет приобрел сходство с капитаном Джеком Воробьём, который и после смерти время от времени сходит на берег с "Черной жемчужины", чтобы сыграть партию-другую со старой приятельницей.

[скелет и шляпа]
скелет 7


"Что-то скелет у нас какой-то дурак", – сказали мы с художницей друг другу, посмотрев на него. Он же мистер Смерть! Серьёзная фигура! Что ещё за банты, что за загнутые поля?
Эх, гуляй, рванина! – и мы вернули роскошную шляпу миссис Норидж, решив, что она это заслужила, а скелету надели котелок.

[котелок]
скелет 8


А белые, вернее, бесцветные розы покрасили в кремовый. Заодно стало видно, какой хороший цвет лица у миссис Норидж, гуляющей по два часа в день в любую погоду.

[они перекрашивают розы!]
скелет-9


Всё! Рисунок готов. На этом Катина работа закончена, к обложке подключается дизайнер издательства. Теперь задача – выбрать правильный фон.

Сначала попробовали нейтральный бежевый в двух вариантах. Не понравился ни один.

[посмотреть на те, что не понравились]Миссис Норидж беж



Решили, что перед Новым годом всё позволено, в том числе нарушать общий вид серии, и разместили рисунок на трёх темных фонах: синем, зелёном и чёрном. Чёрный в издательстве сочли траурным, синий мне нравился, но всё равно выглядел мрачно, зеленый не нравился никому вообще.

[фоны]
Миссис Норидж темный фон


И тогда взяли уже проверенные – бледно-голубой и бледно-лавандовый.

[голубой и лаванда]Кто убийца миссис Норидж голубой-1

В итоге почти единогласно остановились на нейтральном голубом. Вот она, обложка: с кремовыми розами, шляпками, разлитыми чернилами, лейкой и тяпкой.

Лейка и тяпка – вот и всё, что осталось от садовника.

[лейка и тяпка]обложка миссис Норидж
монализа

Прежде чем иволга пропоёт

У меня вышел новый детектив – "Прежде чем иволга пропоёт". Сначала его собирались выпускать в мае. Потом, в свете всем известных событий, перенесли на июнь. Потом на июль. Ну и вот.
Аннотация такая:

"Ей обещали, что это тихое место. 
Ей обещали, что она спокойно отдохнет.

Карелия. Озеро. Благоустроенные коттеджи. Всего десять туристов.

На золотом крыльце сидели:

Лжец,

Беглец,

Охотник,

Убийца,

Жертва.

Её не предупредили только об одном: придется выбирать, кем ты будешь".


Обложку нарисовала прекрасная художница Катя Белявская.
Ссылки, где книга уже продаётся:
в "Лабиринте"
в книжном магазине "Москва"
в Московском доме книги
в Библио-глобусе
в Читай-городе
в Молодой гвардии

На "Озоне" – нет и не будет. С ним какие-то проблемы, и, к сожалению, в ближайшее время мои книги туда не попадут.
На Литресе – пока нет, но появится в течение месяца-полутора.

Покажу, как рисовали обложку.

Изначально было понятно одно: на обложке должна быть иволга. В первом варианте она разбрасывала листы рукописи, а вокруг били молнии. Я уже забыла, зачем она это делала. Этот эскиз просуществовал очень недолго, поскольку сразу стало ясно, что нужно искать что-то другое.

[гром и молнии]

иволга-1


Так появились птенцы в гнезде и обеспокоенная мать над ними. Вокруг птенцов густо росли мхи и лишайники, и нас с художницей они очень радовали.

[птенчики микроскопические]

иволга-2


Однако не хватало антагониста. Эскиз обрёл цвет, а антогонист обрёл плоть. Заодно птенцы подросли.

[вражья морда]

иволга-3


Однако змея, во-первых, выглядела относительно безобидным ужом, который полз по своим делам и никого не трогал, во-вторых, оказалась слишком тоща и её было жалко. Так что в следующем варианте она превратилась в опасную и очень недобрую тварь. Кроме того, мы решили, что грозовые тучи в сочетании с пресмыкающимся – это чересчур для несчастной матери семейства, и облегчили иволге жизнь, заменив тучи на мирные облака.

[стало лучше]

иволга-5


На этом мы собирались успокоиться. Иллюстрация соответствовала сюжету (это не слишком важно для читателя, но для меня имеет значение), в ней хватало лишайников, и противостояние иволги и змеи было очевидно.

Однако внезапно возникла проблема. Она стала понятна, когда к работе подключился дизайнер издательства, который, собственно, и превращает иллюстрацию в обложку.
Рисунок, который устраивал нас сам по себе, для обложки не годился. Его пестрота и яркость сыграли против него. Переведённый на книгу, он выглядел издалека мешаниной зелёного и коричневого.

Скрепя сердце, очистили камень от лишайников и травок.

[валун облысел]

иволга-4


Вышло, однако, совсем голо. Мы вновь заселили валун растительностью, хотя и в меньших масштабах, а змее приподняли голову, чтобы угроза для птицы и гнезда была очевиднее.

[что получилось]иволга 4-1

Этот вариант и стал окончательным.

На обложке его развернули зеркально, добавили фон и "чернильные" брызги, которые есть на всех обложках этой серии.

И единственное, чего мне теперь не хватает, это буквы Ё в названии.

[итоговая обложка]

иволга-7
монализа

о копытах и глазах

Внезапно поняла, что есть литературная преемственность у строки из очень плохого стихотворения Слуцкого "Лошади в океане". Помните? Лошадей там перевозят в трюме, и вдруг – мина. Всё взорвалось, непарнокопытные, ясное дело, утопли. Строка такая: "Тыща лошадей. Подков четыре тысячи". Дальше будет о том, что счастья они им не принесли, а также свидетельство иппологической неграмотности автора, полагавшего, что гнедая и рыжая масть – это одно и то же.

Так вот, о литературной преемственности. У Багрицкого в "Контрабандистах" появляются три пограничника. "Двенадцатый час – осторожное время. Три пограничника, ветер и темень. Три пограничника – шестеро глаз" (шестеро глаз да моторный баркас).
Спорим, именно из глаз пограничников растут ноги, то есть копыта, то есть подковы у Слуцкого.

Кстати, в детстве у нас эта арифметика исполнялась под гитару в искажённом виде. Подковы куда-то делись, и пели мы так: "Тыща лошадей – копыт четыре тысячи!" Я каждый раз в этом месте начинала смеяться, чем бессовестно снижала пафос и драматический накал.
монализа

* * *

Хочу поделиться с теми, кто любит рассматривать иллюстрации и обложки.
Спасибо g_i_n_k_g_o, давшей ссылку на конкурс серийного оформления книг, который проводило Эксмо.

Организаторы взяли три книги: Брэдбери, "451 по Фаренгейту", Киза с "Цветами для Элджернона" и "Мастера и Маргариту". Участникам предлагалось сделать к этим книгам обложки, чтобы они, цитирую, понравились школьникам, студентам и молодым специалистам (и были выдержаны в одном стиле).

Победитель мне не пришелся по душе, но я и не целевая аудитория. Вернее, Брэдбери понравился, но совсем не понравился Булгаков.

Ссылка на первые три места: https://illustrators.ru/contests/konkurs-na-neskuchnye-oblozhki-klassiki-ot-izdatelstva-eksmo/winners

По моим наблюдениям, иллюстраторам сложнее всего иметь дело с "Мастером и Маргаритой". Кто в ромфан скатывается, кто в какую-то готику. Маргариту, по-моему, многие из них мечтают изобразить в духе Бориса Валеджо: голую, с развевающимися волосами и чтобы рядом какой-нибудь крепкозадый мускулистый кентавр бил копытом.
Часто рисуют Бегемота. Насмотревшись на милых котиков (терпеть не могу милых котиков), я поняла, что больше всего мне нравится одно из самых лаконичных изображений:

[вот такое]

main_мастер_и_маргарита



А Киз обманчиво прост, и все рисуют мышонка (или мышонка в лабиринте). Это уже сам по себе хороший сюжет, и я никак не могу понять, почему в итоге получается какая-то ерунда. Киз мне не понравился вообще нигде. А вот Брэдбери, наоборот, много где хорош – например, идея с обугленной обложкой, раздавленной ботинком, из-под которого проступают буквы).

В общем, кому интересно, посмотрите и поделитесь, что понравилось и почему.
монализа

* * *

Понемногу смотрю сериал "Midsomer Murders", который у нас перевели как "Чисто английское убийство". Есть чудесные серии, есть нелепые; есть те, где сценарист явно не понимал, как разрешить загадку, которую сам же придумал, и в итоге свалил все на серийного убийцу. Такие серии меня особенно задевают. Я нежно люблю детективы с маньяками, и подобное бездумное расходование ценного материала – это прямо-таки оскорбительно.

Но вчера мне показали совершенно удивительную серию даже на фоне тех милых глупостей, которыми пестрит фильм.

Внимание – дальше спойлеры.

Сюжет такой: в деревушке, куда съезжаются представители крупного издательства и несколько сотрудничающих с ним авторов, чтобы вручить приз "Прорыв года", происходит несколько убийств. Убивают именно что литературную братию: Второстепенного Автора, Редактора и Особо Ценного Автора – стервозную блондинку, на романчиках которой с названиями типа "Сияние его любви" держится весь доход издательства. У одного свернута шея, второй оглушен и сброшен с крыши, блондинку вообще проткнули колом.

Инспектор Барнаби расследует дело, постепенно проникаясь отвращением к издательскому бизнесу. В процессе он знакомится с элегантной красивой старухой, разумеется, писательницей: та пишет умные исторические романы, которые издательство не желает продавать.
Инспектор проникается к старухе симпатией. Она рассказывает ему, что больше не сотрудничает с издательством, потому что те – пошляки и пиарят серию любовной ахинеи, а не ее возвышенную прозу.

Наступает день вручения премии.

И тут выясняется, что убийца и есть наша элегантная старуха.

Она – русская (бывшая). Фамилия ее, кажется, Пальтова или что-то столько же нелепое. Миссис Пальтова прошла через ГУЛАГ и войну, где ее готовили в диверсанты, поэтому она гениально сворачивает шеи и протыкает людей кольями. У старухи (шелковая шаль, волосы, уложенные в высокую прическу, жемчуга на длинной морщинистой шее) сохранились все навыки ближнего боя, и она без малейшего труда справляется с высокими сильными мужчинами, не говоря уже о молодой блондинке.

Но зачем же она все это делает? А потому что именно она – настоящий автор "Сияний его любви"! Ей надоело жить на мизерный гонорар, и она настрочила романчиков, которые внезапно стали пользоваться бешеной популярностью. На вручении премии старуха решила объявить об этом, и тогда Издатель, Второстепенный Автор и Особо Ценный Автор, которая, как мы понимаем теперь, сама не написала ни слова, а была только прикрытием, решили её убить. Чтобы, значит, тайна не вышла наружу и весь их издательский бизнес, построенный на лжи, не рухнул.

Вот русская миссис Пальтова всех и прикончила. В порядке самообороны, как она вежливо объясняет инспектору.

При этом блондинка была убита так: она пыталась столкнуть старушонку в озеро, та вывернулась, блондинка побежала прочь, упала, и тогда на неё, упавшую, бешеная старуха налетела с колом в скрюченных лапках. Хороша самозащита!

Что характерно: инспектор Барнаби в разговоре с женой всячески выражает миссис Пальтовой свою симпатию и тоже надеется, что суд оправдает бывшую узницу ГУЛАГа.

Удивительно мне даже не то, до чего развесиста эта клюква, а именно подход к виновности преступника. Старуха с навыками профессионального киллера знала, что ее будут убивать, и спокойно ждала, когда всё начнется, чтобы расправиться с нападавшими. Но ведь это она – настоящий автор книг! Так давайте ей все простим. Тем более, она такая элегантная.

И конечно, забавно, что в фильме всю глупую, жадную, бессмысленную силу воплощает именно Издатель. Не Читатель, сметающий с полок любовные романчики вместо того, чтобы покупать умный глубокий исторический роман, а представитель капитала.

В итоге старуха с достоинством удаляется искать себе лучших адвокатов (теперь она может себе это позволить). Посрамлённый издатель остаётся без гроша в кармане. Инспектор Барнаби флегматично ждёт нового убийства. Жители чисто английской деревушки расходятся, прижимая к груди только что вышедшую книгу под названием "Когда твои глаза скажут мне "Да, детка".
монализа

автор + издатель

На семинаре по детской литературе мы начали обсуждать с участниками, как выйти начинающему автору на издательство. Я записала вкратце кое-какие соображения для группы; меня попросили перенести их и в ЖЖ.

В этом посте я немножко расскажу о собственном опыте (и об опыте тех, кого я наблюдала).

Начну с оговорки: мой подход – это точка зрения беллетриста. В детской литературе всё может быть по-другому. Нина Дашевская, прекрасный детский писатель, на встрече говорила, что её книга пять лет пролежала в "Росмэне", прежде чем "Росмэн" пришёл к ней и стал уговаривать напечататься у них. Но произошло это только после того, как Дашевская выиграла "Книгуру".

И всё-таки, пункт первый:

Самотёк читают.

Многие начинающие авторы убеждены, что нельзя просто так взять и отправить свой текст в издательство. Его либо украдут, либо сразу выбросят в корзину и плюнут сверху.

И то, и другое – неправда.

Красть (если речь идёт о серьёзных издательствах, много лет работающих на рынке) – себе дороже. Автор всегда может отправить себе собственную распечатанную книгу заказным письмом и потом пойти в суд, размахивая этим письмом. Даже один такой суд – это удар по репутации. Не то чтобы издательства ею особенно дорожили, но тут репутация напрямую связана с доходами, а это уже другая история.

Самотёк читают. Меня напечатали в АСТЕ и ЭКСМО именно так: я просто отправляла тексты детективов по электронной почте и звонила через два месяца. ВСЁ.

Пункт второй.

Девяносто девять процентов поступающего самотёка – лютый шлак. Просто лютый. Однажды редактор положил передо мной тридцать повестей, полученных за два дня, и я их прочла. Лучше бы я съела варёную луковицу.

Что из этого вытекает?

Через этот шлак надо пробиться. Попасть в тот один процент, который заинтересует редактора.

Здесь нужно четко понимать: редактор – скорее всего, девушка на низкой зарплате, НИЧЕГО не читающая в свободное от работы время, с литературными вкусами устрицы. Бывают счастливые исключения. Если вы на него попадёте – вам повезло. Но я видела в основном таких. Она пролистает максимум десять страниц вашей книги и бросит её в корзину.

Таким образом, первые десять страниц вашего текста должны быть такими, чтобы девушка с низкой зарплатой ими заинтересовалась.

А в идеале – первые ТРИ.

Как вы это сделаете – решайте сами.

Я подчеркиваю: вам не нужно ориентироваться на литературные вкусы этого редактора. Боже упаси. Ваша задача – миновать этого сонного цербера и выйти на второй уровень квеста: диалог с самим издательством.

Пункт третий:

Две присланные в издательство книги лучше, чем одна, а три книги лучше, чем две.

Издатель, как правило, думает языком цифр. Выражаясь проще: он прикидывает, сможет ли на вас заработать. Серия со сквозными персонажами будет продаваться дольше, чем одна-единственная книга.

Это НЕ ЗНАЧИТ, что я призываю вас писать "Гарри Поттера". Я вообще считаю, что серии – это позор нынешнего отечественного книгоиздательства. Но я советую серьезно отнестись к тому, как вы позиционируете себя в глазах издателя.

"Я тут написала одну книжечку, но вообще-то я работаю агрономом и не знаю, буду ли писать ещё" – это не очень удачный выход.

"Я написала три книги, показываю вам готовые и вычитанные, а вообще-то у меня дома есть ещё пять и задуманы еще десять. Работаю агрономом. Бесконечно черпаю из агрономии новые сюжеты" – это намного, намного лучше.

Только вам нужно помнить: правило десяти страниц относится ко всем книгам, которые вы присылаете. См. пункт второй.

На этом пока всё.
Если у кого-то уже есть опыт общения с издательствами – делитесь. Буду рада уточнениям, дополнениям и поправкам.

И, да: напечататься – не так сложно, как кажется. Это можно сделать разными путями. А вот пробиться к читателю намного сложнее. Но это уже совсем другая история.
монализа

Встреча

Ура, наконец-то встреча с читателями! Друзья мои, презентация последнего детектива будет в этот четверг, 19 декабря, в 18.00, в Доме Книги "Молодая Гвардия" на Полянке. Вход свободный. Приходите, буду всем очень рада. Обсудим убийства и штоллены.

Промо-плакат с разбомблённой стеной:

[смотреть]
Молодая гвардия – встреча


Тем, кто спрашивал об электронке: на Литресе появился предзаказ "Самой хитрой рыбы". 25 декабря – начало продаж.
https://www.litres.ru/elena-mihalkova/samaya-hitraya-ryba/


С новостями на этом всё, перейду к недоумению.

На днях бродила по книжному, искала Хмелевскую в подарок. Нет ни одного её детектива. Книжный – МДК на Арбате, то есть не маленький магазин с ограниченным ассортиментом. Консультанты сказали, что, цитирую, Хмелевскую больше не выпускают, и посоветовали искать её в букинистическом отделе.
Это было удивление номер раз. Хмелевская пользуется у нас огромной популярностью, у меня нет ни одного объяснения ее исчезновению. Вернее, есть одно: наследники авторских прав по каким-то причинам отказали всем российским издательствам. Но какое-то оно сомнительное.

Удивление номер два оказалось ещё неприятнее. Из сорока книг Шекспира в разных изданиях мне не смогли найти ни одной, где хоть какая-нибудь пьеса была бы напечатана в переводе Лозинского. "У нас только Пастернак". Да к чёрту Пастернака, при всём уважении! дайте Лозинского.
Не дали.
Что тоже, по-моему, очень странно. Лозинского любят многие, куда ж он делся?
монализа

Самая хитрая рыба

У меня вышла новая книга. Собственно, её-то обложку я как раз и показывала.
Илюшин и Бабкин в ней имеются ).
По-моему, это самый добрый детектив, который я когда-либо писала. Не считая "Кто убийца, миссис Норидж?" – но та вообще стоит особняком.
На Литресе должна быть через пару-тройку недель. Как обычно, электронку задерживают, чтобы успел разойтись бумажный тираж.

Аннотация, как мне сказали, страшная.

"Что делать, если рядом с вами поселился убийца?
Не следите за ним.
Не злите его.
Не ссорьтесь.
Но главное – не давайте ему понять, что вы что-то знаете.
Что делать, если вы нарушили одно из правил?
БЕГИТЕ".

Где есть:
в Лабиринте
в Московском доме книги
в Читай-городе
в "Москве"

И только Озон в ответ на просьбу показать "Самую хитрую рыбу", доверчиво выкладывает филе трески и шторы для ванной с фотопечатью – впрочем, очень милые.

PosterA3_Mikhalkova-1